С августом у многих россиян нередко возникают негативные ассоциации. В августе, например, для нашей страны началась Первая мировая война, в августе трагически погибла подлодка «Курск» со всем экипажем, в августе случился печально известный дефолт 1998 года.
В нынешнем году в этом месяце исполняется 30 лет со дня создания Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП). В официальной историографии ситуацию, которая сложилась в стране 18−21 августа 1991 года, принято называть «Августовским путчем», однако все чаще рядовые россияне с одобрением называют ее последней попыткой спасти СССР от развала и сохранить все его лучшие достижения.
О том, как развивались тогда события, в чем заключались их предпосылки, и каковы в результате оказались последствия, рассуждает лидер КПРФ Геннадий Зюганов.
— Я, пожалуй, один из немногих оставшихся очевидцев того, как развивалась страна в последние 50 лет. Побывав во всех ее «горячих» точках, принимая непосредственное участие в тушении национальных конфликтов на Кавказе, в Средней Азии и Прибалтике, я чувствовал начинающийся «подземный гул» и не единожды обращался к народу и партии с призывами сохранить СССР, — рассказал он «СП». — По моей инициативе проводились встречи с командой Михаила Горбачева, который еще в феврале 1991 года признавал, что в стране складывается чрезвычайная ситуация.
А она действительно была таковой — по сути, разрушалась вся система управления государством. За месяц до ГКЧП, 23 июля 1991 года, я опубликовал свое «Слово к народу», под которым также подписались известные деятели культуры, генералы армии, руководители промышленного и аграрного союзов. Мне казалось, люди должны были осознать реальное предательство их интересов. Ведь их лишали права жить в единой стране и реализовывать идеалы социализма. Но в тот момент одни копались на огородах, другие отдыхали на дачах, сдавали экзамены, нежились на пляжах. А когда спохватились, то было уже поздно — мы остались и без страны, без всех ее завоеваний и достижений.
«СП»: — Как же так получилось?
— Те, кто предавал СССР, действовали не по своей воле. После того, как стало ясно, что наша великая держава становится абсолютным конкурентом не только англосаксам, но и вообще всему глобальному капитализму, за рубежом на свет появился «Гарвардский проект». Мне удалось ознакомиться с этим документом, имевшим гриф «совершенно секретно». Он состоял из трех разделов. Первый назывался «Перестройка», второй — «Реформы», а третий — «Ликвидация». И сейчас, на мой взгляд, идет реализация уже третьего раздела. Капиталистический Запад объявил России — своему историческому геополитическому конкуренту — гибридную войну.
«СП»: — Почему события приняли именно такой оборот?
— Горбачев очень прислушивался к Александру Яковлеву, а тот отвергал традиционализм и сумел в конечном итоге убедить президента СССР в необходимости реформ, а точнее — в ликвидации советской системы народовластия. За этим планом стояли очень эффективные разрушители из многих стран, и в первую очередь — США. Там с течением времени менялись погода и президенты, но не стремление к экспансии на мировые рынки и к провокациям, в череде которых ликвидация СССР была самой эффективной и жуткой. Потому что Западу было необходимо любыми средствами оттянуть кризис, который уже назревал в капиталистическом мире. Наши же граждане, привыкшие слушать верховное руководство, даже не подозревали, что все эти горбачевы, яковлевы, шахраи, чубайсы, бурбулисы, гайдары и ельцины — самая настоящая «пятая колонна».
( Read more...Collapse )Есть жизнь разумная, и жизнь неразумная. В основе разумной жизни лежит принцип определённости. Определённость помогает не только ясно поставить цель, но и добиться её воплощения.
Почему? Да потому что нельзя получить желаемое, если не знаешь, чего желаешь! Если ты не сформулировал своего желания в объективных, проверяемых, однозначных метрических единицах – то оно не может быть реализовано.
Потому что вообще неизвестно – что считать его реализацией? Если поставлена цель каждому гражданину предоставить полнометражную квартиру – то эта цель, хоть и очень трудная, но в принципе реализуемая. Движение к этой цели можно проверить (и объективно!) на каждом этапе.
Просто берёшь рулетку и замеряешь: сколько уже есть, и сколько ещё осталось. Если темпы замедлились - это сразу же видно. И заставляет искать разумного выхода.
Но если у тебя, как у либералов, цель – «достичь свободы» - то никакой рулеткой движение к этой цели не измеришь.
Темпов не определишь: ускорилось ли движение или замедлилось? Про любое состояние общества всякий может заявить, что «это и есть свобода». Как и наоборот: что это «несвобода».
Самое худшее, что есть в западной идеологии, сломавшей очень проблемный и весьма несовершенный советский проект – полное отсутствие проектирования. Цели поставлены так нелепо, что ни движения к ним, ни их воплощения измерить попросту невозможно!
Не любит она партнёров. Совсем не любит...